Xalq Banki ("Народный банк"), работающий с 1875 года, — один из старейших и крупнейших розничных банков Узбекистана. Его название несёт обещание: он принадлежит народу — таким должны быть и его карты. Банку требовалась целостная система Mastercard из четырёх уровней (World, Business, World Elite, Black Edition), построенная на одной идее: объединить Xalq Banki с национальным орнаментом, который сам народ когда-то выкладывал в своих стенах. Сложность — заставить этот орнамент читаться как по-настоящему премиальный на рынке, где премиум-дизайн заимствован, а национальный узор считают сувенирным украшением.
Проблема
На банковском рынке Узбекистана "премиум" говорит на одном языке: чёрный пластик и золотое тиснение, заимствованные извне. Национальный орнамент считается сувенирным украшением — уместным для туристов, но немыслимым для серьёзной карты. Наследие и современный финансовый дизайн воспринимались как противоположности. Задача: создать систему карт из четырёх уровней, которая читается одновременно как национальная и премиальная, с единым цельным дизайн-языком для всех уровней.
Решение
Задолго до экранов узбекские зодчие уже проектировали пикселями. В кирпичной кладке Хивы и Бухары каждый глазурованный кирпич — это одна единица большего изображения: поставь единицу, повтори её, появляется образ — та же логика, что используют все современные дисплеи. Шесть веков назад это было пиксель-артом. Мы не украшали карту — мы перевели дизайн-язык. Один модуль был взят с фасада медресе и перестроен пиксель за пикселем по всей системе. Сообщение масштабируется вместе с продуктом: на базовой карте орнамент светится бирюзой; на чёрных уровнях он становится чёрным по чёрному, видимым лишь при движении света, — наследие, которое понижает голос по мере роста статуса, но никогда не исчезает. Поскольку банна'и — это рельеф, а не плоский рисунок, орнамент всегда читался и рукой, и глазом. Поэтому мы применили стандарт Mastercard Touch Card — вырез на кромке карты — впервые в Узбекистане. Незрячий держатель карты теперь может определить ориентацию и уровень, не прося помощи. Вырез не на отдельной "адаптированной" карте — он на всех четырёх картах системы. Никакой особой версии — одна карта для всех. Наконец, с приходом Apple Pay в Узбекистан орнамент переходит со стены на пластик и на экран — возвращаясь к пикселям, с которых начинался. Единый визуальный язык, пронесённый через шесть столетий и три поверхности.
Результаты
Система карт из четырёх уровней с единой цельной историей, которая мгновенно читается как узбекская и как премиальная, передаёт наследие современным цифровым языком, а не буквальным орнаментом, и по умолчанию включает незрячих как равноправных пользователей. Система начинает внедряться по всей розничной линейке карт Xalq Banki с общим тиражом в один миллион карт — принося шестивековое архитектурное наследие и первый в Узбекистане тактильно доступный платёжный дизайн к одному миллиону рук.
